1.
Традиционно мужчина считается принадлежащим Верхнему миру. Поэтому его местонахождение в доме должно существенно отличаться от положения женщины, несущей на себе печать мира Нижнего.
Дети являются связующим звеном между представителями диаметрально противоположных миров и олицетворяют собой середину. Однако, как носители признаков своего пола, они, по мере взросления, неизбежно занимают ту или иную сторону. Поэтому фактически можно вести речь лишь о двух противопоставленных полюсах: мужском и женском.
Четкое разделение статуса человека по половому признаку делает крайне нежелательным и практически невозможным нарушение традиционных норм поведения. Небрежность, сточки зрения обских угров, преступна, поскольку может привести к недовольству богов и непременному наказанию с их стороны.
В соответствии с требованиями существуют и принципы, по которым любой член общества безошибочно может определить безопасную для себя часть дома. Прежде всего деление жилища осуществляется исходя из очевидного принципа «верх-низ». Это так называемое вертикальное деление. Граница между мирами в этом случае условно проходит параллельно земле, где-то на уровне середины высоты стен.
При этом потолок, по ассоциации с небом, обозначается как «верх» и является средой обитания мужчин. Соответственно, половина жилища, в прямом и переносном смысле, является землей - местом пребывания женщин. Некоторая возникающая при этом двусмысленность несколько проясняется тем, что мужчинам по полу ходить все же не возбраняется, так как по преданиям и житейской логике «небо покрывает землю».
Вместе с тем не следует думать, что, руководствуясь столь незатейливыми правилами, женщины в домах у обских угров ползают по полу, в то время как мужчины норовят забраться повыше. Как мы помним, в религиозном мировоззрении автохтонных народов существует еще и горизонтальное деление мира. Применительно к жилищу граница раздела теоретически проходит поперек дома от пола до потолка.
Область, примыкающая к дверному проему, считается прибежищем темных сил и отдается во владение женщине-хозяйке.
Соответственно дальняя от входа стена олицетворяет собой Верхний мир. Здесь царствует мужчина.
Центральная часть жилища представляет собой воплощение Среднего мира, где сходятся «верх» и «низ». Это общая, нейтральная территория. Здесь, как правило, расположен обеденный стол, за которым собираются все члены семьи и гости.
Собственно, такая система, основанная на принципе «ближе-дальше», пользуется гораздо большей популярностью в повседневном быту, поскольку физически человек все-таки привязан к горизонтальной плоскости - поверхности Земли. При подобном делении женщина теоретически никогда не сможет попасть в дальнюю от входа в жилище часть дома, не нарушив правил и не прогневив богов.
(На практике дело не заходит так далеко, несмотря на строгое соблюдение обычая. Суть этого феномена заключается в том, что дом внутри условно делится не столько вдоль и поперек, сколько по диагонали, или, точнее сказать, по некой плоскости, состоящей из двух частей.
Во-первых, плоскость границы между мирами начинается у потолочного перекрытия над порогом, проходит вдоль жилища и заканчивается линией пола у дальней стены. Ясно, что в этом случае женщина уже почти имеет свой «выход» к мужской стене. Правда, только в области спальных мест. Зато в районе порога она является полноправной хозяйкой, так как располагает здесь максимальной площадью. Здесь же располагаются печь или чувал, кухонные принадлежности и посуда.
Во-вторых, пространство дома делится с учетом так называемого святого угла. Каждый из божественных миров, в представлениях обских угров, управляется верховным божеством, которое является своего рода точкой концентрации подвластных ему сил. Сосредоточением, символом таких точек в жилищах являются углы.
Здесь, в месте схождения трех плоскостей пространства, концентрация божественного достигает своего апогея. Середина избы, практически большая часть ее площади, считается нейтральной, как воплощение Среднего мира. Соответственно этому женщины получают в свое распоряжение гораздо больше, чем могло показаться вначале.
2.
Как видим, подобное деление жилплощади оставляет вполне достаточно места для нормального сосуществования двух противоположных миров, воплощенных в человеческом облике. На практике невыполнимые, казалось бы, требования оказываются разрешенными достаточно просто, притом на совершенно законных основаниях.
Когда пространственные границы миров установлены, а правила определены, поддерживать порядок в доме оказывается чрезвычайно легко. Все вопросы внутреннего этикета решаются с использованием всего двух основных критериев - пола и возраста. Причем пол имеет первостепенное значение, так как по представлениям обских угров каждый человек должен реализовать свои права и обязанности, исходя из специфических качеств своей природы, изначально определенной богами.
Дальняя от входа стена у обских угров традиционно отведена под спальные места. Вероятно потому, что душа, как божественная сущность высшего порядка, должна осуществлять свои перемещения в священном секторе.
Ближе всего к святому углу укладывается спать старший мужчина, хозяин дома. Соответственно левая, ближняя к нему стена, считается мужской. Здесь хранятся его личные вещи и охотничьи принадлежности, которые женщина не имеет права даже трогать. Считается, что они в этом случае будут осквернены, и духи, в отместку за оскорбление, лишат мужчину удачи на охоте.
Рядом с хозяином, ближе к правой стене - спальное место его жены. Соответственно и вся стена считается «женской», тем более что она целиком попадает в сектор, «контролируемый» Нижним миром. Здесь хозяйка хранит свои личные вещи и принадлежности, которые, кстати сказать, не являются табу для мужчины. Но они не злоупотребляют своими правами.
К тому же достаточно жесткое деление занятий на мужские и женские вовсе не означает, что та или иная сторона не имеет представления о занятиях противоположной. Просто каждый должен заниматься своим делом. Попытка влезть в чужую шкуру без особой на то нужды оскорбительна как для мужчины, так и для женщины.
Но вернемся к принципам деления жилого домашнего пространства. Следующими после хозяйки на спальные места укладываются дети. И опять же - мальчики ближе к святому углу, девочки дальше. Кроме того, здесь учитывается еще и возраст: младшие чаще спят дальше всех. Исключение составляют младенцы, место которых в люльке рядом с матерью. С сакральной точки зрения дети нейтральны, поэтому им и позволяются некоторые вольности.
Тот же порядок расположения в жилище сохранялся и днем. Например, за стол, расположенный на нейтральной территории посреди избы, садились сначала старшие мужчины, потом женщины и дети. Если же в доме находились гости, то и в этом случае использовалась привычная схема, но в несколько модифицированном виде.
Почетного гостя, мужчину, сажали вслед за хозяином, а в случае особого уважения или высокого социального статуса могли посадить и прямо под святым углом. Гостья же подсаживалась к столу самой последней.
3.
Деление жилища на «верх», «середину» и «низ» касается не только внутреннего объема, но и распространяется за его пределы. В этом смысле весь мир троичен и каждая его часть повторяет структуру целого.
Стороннему наблюдателю расположение построек на территории стойбища покажется не более, чем удачной работой рационально устроенного ума хозяина. А вместе с тем его заслуга в архитектурном решении ансамбля не столь уж велика, если вспомнить, что стойбище является продолжением жилища, а значит, по сути - частью Вселенной с центром, проходящим, в данном случае, через середину дома. Хозяин просто обустраивает подвластную ему территорию согласно общей структуре мира.
Все постройки и места жизнедеятельности на стойбище расположены в порядке и степени их принадлежности к Верхнему, Среднему и Нижнему миру. Дальняя от входа стена дома является святой не только внутри, но и снаружи. Отсюда все, что расположено с этой стороны жилища, теоретически вплоть до горизонта должно носить на себе печать «неба».
Здесь располагают священный лабаз с образами духов и подарками для них. Здесь же производят жертвоприношения и забой жертвенного животного. Святой угол при этом обязательно смачивают кровью. На церемонии имеют право присутствовать все. Однако в обычные дни это в большей степени запретная территория, пересекать которую пристало лишь мужчине, да и то по необходимости.
Женщины же не имеют права даже совершать полный круг вокруг дома. Особенно подходить к святому углу.
Хозяйственные строения и лабазы располагают на линии воображаемой диагонали жилища, символизирующей Средний мир, справа и слева от дома. Хлебная печь и наружный очаг занимают на улице то же положение и расположены в том же направлении, что и домашний чувал. Это уже чисто женская епархия, которая, как мы помним, тяготеет к Нижнему миру. Здесь же размещаются загоны для оленей, собачьи «дома», навесы, сушила и прочее, что можно отнести к «земле».
Таким образом, по нашим представлениям, можно со всей ответственностью утверждать, что мировоззренческая модель мира обских угров, основанная на трехчленном делении, во все времена служила не только регулятором общественных и семейных отношений, но и своеобразным генеральным планом застройки поселений. В условиях крайне низкой плотности населения и отсутствия письменности, этот фактор, несомненно, явился основой для поддержания и сохранения культурных традиций и особенностей таежной архитектуры.
Нелишним считаем отметить, что чум, наиболее архаичный и простейший тип жилища, в представлении его обитателей имеет аналогичное с домом деление. В этом смысле можно говорить о том, что именно срубная изба унаследовала у чума свою сакральную структуру.
Всем своим видом коническая конструкция из жердей демонстрирует вертикальное стремление вверх. Опоры каркаса, некогда бывшие молодыми деревьями, условно исходят из-под земли (Нижний мир) и уходят невидимыми кронами в небо.
Символика в данном случае проста и лежит на поверхности: вертикальная модель Вселенной - чум с центром, проходящим через дымовое отверстие.
4.
Не менее интересно прослеживается история хантыйского этикета. Обские угры являются, вероятно, одними из немногих народов, населяющих планету, которые используют одновременно и архаичные чумы кочевников, и более совершенные стационарные дома оседлых.
Анализ правил общежития, одинаковый для обоих типов построек, позволит нам понять, почему на привычной нам прямоугольной площади жилья обские угры ведут себя несколько иначе, чем мы.
Вероятно, нет никакого сомнения в том, что чум, как наиболее древний вид постройки, можно считать местом, где зародились и обрели устойчивую форму правила человеческого общежития. В этом случае причина специфического этикета обских угров кроется, как ни странно, в конфигурации жилища. Даже при относительно больших размерах площадь чума имеет круглую форму. Следовательно, все члены семьи, сколько бы их ни было, просто обречены большую часть времени, проводимого внутри жилища, находиться лицом друг к другу.
Такого рода психическую нагрузку, когда на тебя одновременно, на протяжении длительного времени смотрят несколько человек, и в наше-то время не каждый может выдержать. Надо полагать, что древние люди в этом плане были еще более чувствительными. Вероятно со временем, методом проб и ошибок, выработался передаваемый в поколения запрет интересоваться делами другого и
При всем при этом каждому члену коллектива предписывалось оказывать помощь.
Таким образом, сложилось правило: не проявлять внешнего любопытства, но отзываться по первой же просьбе. Это правило держится до сих пор.
Гость на стойбище может делать что угодно, разумеется, в рамках разумного, и при этом чувствовать себя словно бы прозрачным: на него никто не будет обращать внимания (по крайней мере, явно). Однако стоит ему попасть в неловкую ситуацию, как ему тут же придут на помощь.
Теперь, с высоты исторического опыта, уже можно уверенно сказать, что за многие века своего существования жилище обских угров претерпело ряд кардинальных изменений.
Но дело тут не только и не столько в новых подходах к строительству.
Появившись на заре развития человечества как средство защиты от климатических невзгод окружающего мира, жилище постепенно само стало моделью этого мира, а затем и моделью построения человеческого общества.
Автор: Игорь Иванов заместитель директора Лянторского этнографического музея. Рисунки автора
Источник: региональный общественно-политический, экономический, историко-культурный журнал «Югра» 1-2\2007
