Просматривал ежемесячные сводки, взгляд не задерживался на фамилии Фахрутдинова. В обзорах она не фигурировала в числе лучших. Не была и среди отстающих. Работа «середнячков» не привлекала особого внимания. Мы больше говорили о передовом опыте одних, анализировали неудачи других. А тем временем буровая бригада М. В, Фахрутдинова совершала нелёгкое восхождение. Месяц за месяцем, метр за метром…
Рекорд? Есть рекорд!
В коридоре Салымского управления буровых работ «Молния» сообщала: «Впервые на Правдинском месторождении достигнута рекордная проходка. За месяц коллективом мастера Михаила Фахрутдинова достигнут рубеж 7128 метров!» Уже позже выяснилось, что подобное «впервые» было не раз. Салым — три тысячи метров! Затем Правдниское — пять тысяч! Пусть кто-то скажет, мол, сопоставьте эти результаты с результатами других бригад всего объединения, то и радоваться собственно... А вот, признанный лидер городского социалистического соревнования Ф. Габдуллин, узнав о последнем успехе коллег, искренне удивился: «Мы так еще не бурили!». Кстати, уж кто-кто, а он хорошо знает особенности Правдинского месторождения. Бывал здесь. Так что его слова говорят о многом. О том многом, у которого есть свое начало.
Вспомним былое
Разговоры ходили долго. Западная Сибирь. Заманчиво. Каждый отъезд был событием. Обсуждали, судили, рядили. Вот и вахта Федосеева улетела в Нижневартовск... А мастер молчит. Ясное дело: места здесь обжитые. Да и у многих семьи. Квартиры есть, дети в школу ходят, в детские сады. А там как? Вряд ли сразу ключи преподнесут на тарелочке с голубой каемочкой. Жди. Работы и здесь пока хватает. В передовиках и в почете — второй год лучшие по министерству. Деньги? Опять же неплохо, в принципе, получают. Но все - ж хотелось попробовать. Интересно даже. Пишут, рассказывают «варяги», будто не так просто в тех краях нефть добыть. Упряма и коварна земля, крепко держит свои богатства. Упрятала их в глухие дебри и глубокие, непроходимые болота. Чесались руки от предчувствия настоящего, по-мужски тяжелого дела. В мае 1979 года предложили: «Давайте к нам. Вслед, мол, приедут и жены с ребятами. Все устроим».
Первый свой метр бригада пробурила на Салымском месторождении. Начали с третьего куста. Сразу столкнулись с различием в технологии, которая здесь оказалась гораздо сложнее. Однако все скважины закончили с ускорением. Неплохо! Помог, правда, освоиться бывший начальник РИТС-1 Н. Н. Иголкин. Предостерегал от ошибок, подсказывал, учил. И вот настало время вскрывать скважины, а инструмента не хватает, превентора отсутствуют. Работы нет. Тут «старички» зароптали: «Да что это такое? Зачем тогда зазывали — кисельные берега, нефтяные реки? Квартиры в «тумане», опять же простои...».
Люди эти были, в основном, в годах, лет по двадцать уже в бурении потрудились. Им не зазорно выразить недовольство. Как ни тяжело, а пришлось расстаться. Молодежь осталась вокруг мастера. Он особо не уговаривал. Вольному — воля, но уж коли остался — надежен. Решили проситься на новое место. Через месяц, 25 декабря, получено «добро». Переезд на Правдинское. А куст не подготовлен. Второй месяц нового 1980 года начался. Бригада, считай, заново родилась — из двух собрали, а тут...
9 февраля забурились. Две скважины прошли со «скрипом», но потихоньку сработались. Вахты перебрали, укомплектовали. Только начали разворачиваться — опять трогаться в путь.
29 мая. Пятый куст. Здесь удалось пройти девять скважин, довольно глубоких. Снова переезд. Почти тридцать дней потеряно. Как-то подсчитали: 118 суток в течение года простояли в ожидании бурения. Станок старый, барахлит, электрооборудование горит. Заглянув в вахтенный журнал, то там, то здесь прочтешь: четыре часа — отключение электроэнергии, три часа, два, пять...
25 ноября. 132 куст. На нем поставлен мартовский, нынешнего года, рекорд. Какой ценой, какими усилиями?
Передвижка
... Непривычно режет слух тишина. Апрельское солнце отражается и слепит в каждой весенней проталинке. Хорошо вот так просто постоять, прочно почувствовать под собой землю. Недаром водитель через каждые его метров нетерпеливо спрашивал: «Скоро там она, буровая?». Тяжела по весне таежная дорога. Мощный «Урал» бросало из стороны в сторону, как игрушку. Скоро сюда уже не добраться.
Осмотрелся. Пошел к вагончикам. Мастера нашел сразу. Короткое знакомство. И не успел я задать вопрос, как мастер, словно угадав о чем он, сказал: «Передвижка у нас. Подожди». И тут же взревели моторы тракторов. Вышка вздрогнула, тронулась с места и замерла. Минут через десять хлопнула дверь. Старший прораб по передвижкам Салымской вышкомонтажной конторы Александр Евгеньевич Куренков доволен. С начала работы прошло не так уж много времени — четыре с небольшим часа. Фахрутдинов может подготовиться, как надо. Здесь, на Правдинском, с ним, пожалуй, поспорит лишь Ю. Бойко, но ведь у того и станок будет полегче, компактнее. Как-никак, 3000 ЭУК. Что-то значит.
Вышкомонтажники еще не успели уехать, а вахта Алексея Назарова начала готовиться к бурению. Мастер включает рацию.
— Вы колонную головку отправили?
— Так она тебе к утру только нужна будет.
— Давай, давай, и электродами помогите.
— Слушай, к тебе завтра Иголкин собирается приехать на спуск кондуктора.
— Пусть поторопится, может опоздать...
Заглянул Володя Денисов. В его смену производили передвижку. Михаил Фахрутдинов задает вопросы, тот коротко и четко отвечает. Как это? Как то? А тут? А здесь? Все нормально. Чуть призадумался мастер: все ли?
— Насадки тогда пусть меняют.
— Сказал. Делают уже.
Еще не раз меня удивляло: не дожидаясь особых распоряжений и указаний, ребята выполняли то, что положено, что было необходимо в определенный момент работы.
По большому счету
Пошел отсчет метрам. Давай, бури да бури! Ан нет. Все просто и легко со стороны. Вмешивается технолог Ирек Мухаметзянов. Замеряет. Все это похоже на какой-то обряд. Поднимет руку. Плавно опускает ее. Чертит мелом крестики. Шепчет. Наклоняется к ротору. Время от времени все повторяется. Главный технолог управления Ю. П. Пестряков, он тут же, рядом, внимательно наблюдает за его действиями. Вот отошли в сторону. На железной двери появляются два кружочка, линия. Идет набор параметров кривизны, ошибки не должно быть.
Вскоре Юрий Петрович вызывает геофизиков. Проверка. Все в порядке. Назаров сдает вахту, и в журнале появляется цифра 225. 12 часов ночи. Володя Денисов, Рафик Фаткуллин, Ирек Ширяев, Володя Авдеев к восьми утра делают забой до 442 метров. Наступает ответственный момент — спуск кондуктора.
Вспомнилось: на буровую хотел приехать Николай Николаевич Иголкин. Теперь он начальник центральной инженерно-технологической службы Нефтеюганского управления буровых работ №2. Кого-то привезет посмотреть, поучиться. Чему? Днем Иголкин сам же объяснил:
— У нас четыре совершенно новых пневматических буровых ключа, старых уж не считаем. А вот не верят же, что можно за три-четыре часа спускать кондуктор. Все по старинке.
Ребята улыбаются. Они уже забыли, когда в последний раз пользовались для этого обыкновенным тросом. С его «помощью», как пить дать, все восемь часов провозишься. Во многих коллективах так оно и есть. А тут мило дело: сделала стрелка три с половиной оборота, и готово. К тому же просто, легче и, самое главное — быстро. Итак много теряют, хоть где-то можно наверстать упущенное время. Любую возможность следует использовать. В бурении минута идет в большой счет.
Кстати сказать, Юрий Петрович Пестряков не случайно сутки наблюдал за работой бригады. Все подмечал, учитывал. И вышло, что, несмотря на высокий настрой, вхолостую прошло около четырёх часов. А это резерв, да еще какой!
Фахрутдиновы
— Алексей Семенович! Звонили, сказали, чтобы Фахрутдинов выступление подготовил.
— Фахрутдинов на отдыхе. Я ведь зa него писать не буду?
— А мне что? Доложила...
Этот короткий диалог, невольно услышанный в коридоре Салымского управления буровых работ, тут же поверг в смятение. Какой смысл ехать на буровую, коль мастера там нет. Конечно, можно… Но это обстоятельство в корне меняло и цель поездки, и запланированный разговор. Пытаюсь выяснять, как долго не будет Фахрутдинова.
— А вам кого? Их два — Михаил и Алексей.
— Мне мастера.
— Оба они мастерами.
— Минуточку, — тороплюсь заглянуть в блокнот. — М. В. Фахрутдинов...
— Миша. Он-то как раз в Нефтеюганске, а на буровой Алексей. Братья это.
... В 1937 году вековую тишину дремавшей под степным ковылем оренбургской степи разбудил мощный рокот буровых установок. Стальное жало впивалось в землю, настойчиво пробивалось вглубь, к нефти. Мальчишки гурьбой следили за каждым их шагом. Что делают? Зачем? Заинтересовались и старшие. Многие решили помочь, и дядя стал бурильщиком. После вахты едва успевал отвечать на вопросы любознательных племяшей. Мудрено ли, что вначале Михаил, а потом и Алексей пошли учиться в ПТУ на помбуров. Отслужив, первый вскоре стал бурильщиком, второй — верховым.
Если рассматривать дальше по хронологии весь трудовой путь Фахрутдиновых, то это несколько схоже на спортивное соревнование. Кто кого? Хотя вряд ли жажду знаний, стремление к самостоятельности, к большому делу можно сравнить с этим. Но сопоставим факты. Алексей — бурильщик. Разошлись по разным бригадам. На одной площади, на виду друг у друга. Затем он поступает в техникум на заочное отделение и вскоре получает назначение мастером. И судьба же! Теперь Михаил работает под его началом. Тоже подает документы и садится за учебники. Тут уж «бурили» не метрами, а строчками, страницами, и чем глубже, тем яснее и ближе становилась цель — нефть. Старая истина: хорошо усвоенная теория так и будет теорией, не проверь, не познай ее на практике. Многое почерпнул для себя Алексей в Удмуртии. Пять лет старшим мастером по сложным работам.
Как-то старший брат прислал письмо. Собираются всей бригадой махнуть в Сибирь. «Как ты на это смотришь? Не поработать ли снова вместе? Оно веселее будет, да и опыт твой пригодится». Ну каково тут было? Конечно же! Фахрутдиновы за нефтью и на край земли пойдут. Отец, еще два брата — тоже нефтяники. Династия.
Михаил. Энергичный, подвижный. В трудную минуту способен оценить обстановку, принять верное решение. Случалось, и не раз, что опускались у ребят руки от сознания беспомощности, когда какие-либо поломки выводили оборудование из строя. Что делать? За что браться?
Подойдет, посмотрит. Присвистнет.
— Ну и кино... А что стоим? Давайте, хлопцы, инструмент. Еще не все потеряно.
Главная его заповедь— не допускать ошибок в большом и малом, а скорость будет.
Алексей. Спокойный. Рассудительный. Предусмотрит все до мелочей.
— Завтра кондуктор опускаем. Все будет ясно. Начинаем переезд. Здесь оставляем один балок. Пока добурим последнюю скважину, на новом месте подготовимся к работе.
Молодые «старики»
Их осталось немного. Тех, кто приехал с Фахрутдиновым, — Володя Денисов, Георгий Осипов, Александр Зыков и Володя Авдеев. Это, можно сказать, «старички», костяк, опора. Остальные относительно новички. Относительно потому, что 10 апреля коллективу исполнилось уже два года. Вполне достаточно, чтобы окрепнуть.
Не забудут сказать: «Сами подготовили трех бурильщиков. Посылали в Тюмень учиться. Кроме Денисова — Алексея Назарова и Виктора Моисеева». Им нет и тридцати лет. Да и бригада вся из молодежи. Средний возраст не больше двадцати семи. Есть и комсомолец «с бородой», как в шутку называют бурильщика Б. С. Квасова. Борис Семенович — гордость коллектива. Недавно награжден орденом Трудовой Славы III степени. Есть ребятам чем похвалиться, что показать, чему научить. В январе в управлении создана бригада С. Н. Таланова. Фахрутдиновцы поначалу взяли, над ней как бы шефство. Не раз обменивались опытом, вахтами. А сейчас в день не однажды услышишь:
— Как там?
— Ко второй тысяче подошли. I
— Во дают! Обскачут того и гляди!
— А ты тоже не моргай...
Ревностно следят за показателями коллег, болеют за них. Но давно ли было то, о чем и вспоминают неохотно. В течение первого года настойчиво боролись со случаями пьянки. Задача номер одни. Мастера все полномочия, всю власть передали совету бригады. А что может быть cуpoвей и строже суда товарищей? Не потому ли нарушители старались прятать глаза, упирались взглядом в пол, переминаясь с нога на ногу. Так прочешут, «только шорох идет». Был первым помбуром — будешь третьим. Есть такое деление. Станет работа потяжелее, только опять же не это главное. Месяц потрудись-ка не на своем месте, не скроешь наказания — факт. В другой раз и с похмелья не всякий рискнет появиться. Проверено. Тот же совет предложил расширить обязанности слесарей по котельной. Те, в основном, за котлами следили, теперь при подготовке к передвижке, к спуску колонн и им дело находится. А в конце месяца подсчитывают коэффициент трудового участия - получи положенное. Прямая заинтересованность. Полноправный член бригады.
И снова вместе
Хорошее настроение, с которым работает сейчас бригада М. В. Фахрутдинова, не случайно. Ребята душой болеют друг за друга. Сидим в вагончике. По телевизору международная встреча по футболу. Шумные комментарии...
— Что там?
— Устье, сажает.
— Скоро начнет?
— Минут через сорок.
— «Метров сто сорок успеет пройти…
На вахте Володя Денисов. А двумя, часами позже…
— Леша на рекорд грозился.
— Не получится, пожалуй, со скрипом последние пошли.
— Утро вечера мудренее.
В восемь часов в вахтовом журнале Назаров поставил цифру — 522. Шесть метров не дотянул до высшего своего показателя, достигнутого на пятом кусту.
Смена. Четыре дня отдыха. Но и в Нефтеюганске они будут вместе. Алексей Фахрутдинов, Володя Авдеев, Алексей Назаров, Георгий Осипов, Ирек Мухаметзянов, Фёдор Набиев живут в одном доме, более того — в одном подъезде. Квартиры получил в этом году. Неразлучной стала бригада.
Радость — попалам. Думаем, что став первыми обладателями переходящего приза газеты «Нефтеюганский рабочий» за достижение максимальной проходки, фахрутдиновцы еще не раз завоюют этот почетный приз, как, впрочем, и многие другие.
Заботы — общие. Едва трактор с санями остановился у вахтового автобуса, как сразу же после восторженных приветствий последовал вопрос:
— Ну как там у нас?
— Бурят...
Газета «Нефтеюганский рабочий» №48, 1981 год
…
Хороший старт с первых дней одиннадцатой пятилетки взяла бригада мастера Мухамета Валеевича Фахрутдинова из Салымского управления буровых работ.
Давайте вспомним: в марте коллектив пробурил 7128 метров горных пород и стал первым обладателем переходящего приза газеты «Нефтеюганский рабочий», врученного ему за достижение максимальной проходки. Следующий знаменательный рубеж здесь достигнут 30 августа — в канун Дня работников нефтяной и газовой промышленности выполнено годовое задание. Пройдена вглубь сибирских недр 41 тысяча метров.
Буквально через полтора месяца — 13 октября — фахрутдиновцы успешно завершили социалистические обязательства. Новая победная высота — 50 тысяч метров горных пород!
Помнится, в начале апреля, когда бригаде был вручен приз газеты, в разговоре с буровиками уверенно называлась эта цифра. Они вместе собравшись после вахты в культбудке, обсудили еще раз свои возможности, поспорили, пошумели и пришли к единому мнению: будем бурить, будем стараться!
На прошедшем недавно митинге, посвященном добыче двухмиллиардной тонны тюменской нефти, коллектив М. В. Фахрутдинова принял новые повышенные социалистические обязательства: пробурить до конца года дополнительно пять тысяч метров горных пород-Есть уверенность в том, что передовая бригада сдержит слово.
Среди лидеров социалистического соревнования за достижение максимальной проходки в Салымском управлении буровых работ мы еще раз встретим фамилию Фахрутдинова. На втором месте сейчас прочно закрепился коллектив А. В. Фахрутдинова — брата лидера. Они достойные соперники, не один год трудились плечом к плечу, набирались опыта и сил.
Глубинное восхождение продолжается...
А. Огнев.
На снимке: вахта буровой бригады М. В. Фахрутдинова.
Газета «Нефтеюганский рабочий» №136, 1981 год
