Полторы недели назад в селе Чеускино у заведующего молочной фермой А. М. Суслопарова я дома увидела поднятый из хранилища картофель. «Такой картошечки я еще и сам не пробовал. Привоз ее на семена. Одно ведерко и было. Берег. Теперь сажать буду» — объяснил хозяин.
Чеускино — село. Красивое. Небольшое, скученное. Всего-то и наберется полтысячи селян. И к труду здесь привычные. Землю любят. Древнее дело своих предков не забывают.
Да и жизнь учит: земля и здесь, на Севере, если к ней с душой да по уму, накормить и напоить может. Вот что говорит по этому поводу А. М. Суслопаров.
— Вот в горшочках кустики поднимаются, ветвятся. Это помидорные кусты. В прошлое лето с куста красные плоды снимали. Но помидору не страшно и зеленым остаться — дойдет дома, в тепле. Еще лук разных сортов высаживаем. Жена даже купы ягод развела. Для внучат.
Значит, растить можно. Да вот волнует чеускинцев такой вопрос, как, «где». Ведь село-это две-три улицы да столько же проулочков. Несколько, не более двух десятков личных строений, да пять-шесть двухэтажных домов. У своих домов есть еще небольшие земельные наделы, а для тех, кто живет в двухэтажках, где взять земли под огород? Кто-то приспособился в маленьких палисадничках под окнами дома. Другие — на свободных землях на берегу.
— Огороды там держать хлопотно. Бывает, посадишь, а на другой день картошка уже выкопана. Кем? А вы поглядите на берегу сколько лодок, катеров, даже вон три «Зари» разом пошли. Магазины наши для них больно привлекательны: круглый год, каждый деть, с утра до вечера вина, водки и даже пива сколь душе угодно. А к выпивке и закуска нужна. Но в Чеускино с этом похуже. Разве что хлеб такой, какого во всей округе не сыщешь.
Слушаю я эти горькие слова Суслопарова. Вспоминаю, что говорили женщины у совхозной конторы.
— Зимой нас агитировать из райисполкома приезжали. Говорили, что огороды надо разводить, сажать картофель, овощи. Что нужно бы и скот свой на подворье держать, не дело из города мяса дожидаться. И то правда. Вот выделяли нам талоны на май. Но в магазине на них купить нечего. Нет и молока. А ведь у всех, дета малые. Да не по одному. Обещали нам и помощь, и поддержку. В частности, помочь со строительством общественных стаек для скота. Да вот и лето настало, а стаек как не было, так и нет. Негде купить и поросят для откорма. И с кормами до конца не продумали.
Конечно, все не появляется по мановению волшебников или добрых дядей. Нужны для этого средства, силы. Чтобы поставить стайки, надо бы расчистить от корней и засыпать песком небольшую полянку. Тут без силы машин не обойтись. Такая техника есть и в Чеускинском отделении совхоза. На месте. Но вот кто же возьмется да организует и технику, и доставку, и подвоз материалов для общественных стаек? Кто позаботится о распределении мест, строительстве, кто выделит молодняк? Наверное, многое по силе и самим селянам. Ведь каждый ведет свой дом. Многие и раньше держали скот: не надо учить, какое стойло для коровы лучше. Только вот организатора нет. Хозяина.
Но почему нет? Есть. Хозяин села — сельский Совет. Ему в первую очередь о селянах заботиться. Ему решать, что строить, где, какими силами и средствами. Не ждать, а самому на правах заинтересованного лица теребить шефов, администрацию совхоза. А где надо — там и власть употребить. Власть законную. Данную ему народом. Жителями села Чеускино.
А если обратиться к истории села, развитию совхоза, то ведь было у чеускинцев и место, где родилась отменная картошка. Лет семь-восемь назад в нескольких километрах от села разработали и распахали мелколесье. Картофель уродился на славу. Беда только в другом была: о хранилище спохватились поздно. И урожай хранить было негде. Потом еще вроде бы сажали. А теперь и не каждый старожил села вспомнит, сколько лет с тех пор минуло. И, говорят, шумит на том иоле новый лес.
Подобная история случилась и с домашним скотом. Когда в Чеускино не было двухэтажек с удобствами, многие держали в своих дворах и коров, и поросят: А как дома большие построили, земельные участки заняли, так и для стаек места уже и не сыскать. А ведь люди в Чеускино уже укрепились. Корни пустили. Вот как семья Бабинур Борисовны Борисовой. Все — от старых до молодых — с совхозом связаны, с селом.
Семьи растут. Внуки тянутся друг за другом. Тесновато становится в Чеускино. Немало приезжает людей из других мест. Да и совхозному отделению тоже нужны грамотные специалисты, работящие, умелые руки. Но селить их некуда. Вот и приходится держать и пьяниц, и прогульщиков с квартирами, а нужным людям — отказывать.
И, может, на все нужды селян хватило бы одного многоэтажного дома. (О количестве квартир судить не берусь). Он подходил бы к условиям Чеускино: маленькая территория, окруженная болотами, небольшое количество жителей. Практически единственное место работы: животноводческая ферма. Место для человека семейного очень удобное: все рядом — река, лес, работа, город. Значит, не подрубать корни села надо, а помогать.
Чеускинцы уверены, что все материальные затраты на развитие подсобного хозяйства — животноводческой фермы совхоза, личного подворья и огородов — окупятся сторицей. И выгодны будут государству, и жителям: добытчикам нефти и газа из недр нашего Тюменского Севера, и им самим. Но пока жить и работать в Чеускино не очень удобно. По глазницы окон провалилась в болото животноводческая ферма. Грязь такая, что без сапог не добраться. Здание не только ветхое, но и тесное, особенно для молодняка. Кучи песка, привезенные для благоустройства, как «терриконы» забытых обещаний. Давно уже требуют ремонта когда-то новые двухэтажки. Во многих квартирах, на первых этажах в особенности, провалились полы, прохудились крыши. Но обещанный ремонт жилищно-коммунальная контора все не начинает.
Вот уже в который раз сгорела общественная баня. И теперь у многих жителей села серьезная проблема — где помыться.
Из рук вон плохо работает детский сад. Дети там простужаются постоянно. Но и до этого нет дела сельскому Совету.
— Клуб наш, в буквальном смысле, в плачевном состоянии, — рассказывали девчата, работницы фермы. — Киномеханик — первый пьяница и матершинник. Кино показывает, «как сапожник». Без начала, без конца. О других культурных мероприятиях и говорить не приходится.
Вот и пьют молодые, средних лет и пожилые. Благо, о спиртном торговые организации побеспокоились на много лет вперед.
Видите, куда мы ушли от огородов. И это не случайно. Огород заводит человек, по-хозяйски относящийся к жизни. Личной, общественной. К земле, к делу. В этом ого забота о близких ему людях. Удовлетворение жизненных, насущных потребностей.
Но только надо помнить, что, агитируя за развитие личных подсобных хозяйств — занятие огородничеством, мы не призываем к созданию этаких «натуральных хозяйств», где все необходимое создается на месте, единолично. Такое хозяйство давно кануло в Лету. Активно помогая развитию сельского подворья, огородничества, не следует забывать, что это забота общая, государственная. Что современная экономика требует развития высокопродуктивного сельского хозяйства, поднятия его энерговооруженности, обеспечения техникой, что развитие культуры не только профессиональной, но и общечеловеческой — самый верный путь решения намеченной XXVI съездом задачи — улучшение благосостояния советского народа.
С этих позиций заботы тружеников Чеускинского отделения совхоза, кстати сказать, подсобного цеха производственного объединения Юганскнефтегаз, не покажутся ни искусственными, не излишне обостренными.
Т. Военушкина.
